Рабочая смена подходит к концу точно вовремя, как раз когда Себастьяна откровенно заебывает разлагаться среди приевшихся до тошноты четырех стен. Погода за окном прекрасна в своей омерзительности, под стать воцарившейся в кабинете атмосфере унылого настроения. Бушующая стихия прикладывает все усилия ради того, чтобы выбить оконные рамы, и весело свистит сквозняком напрямую по кастелланосовым нервам.
Мужчина слышит голоса за дверью и догадывается, к чему торжество. Несколько часов тому назад в дальнем конце помещения стоял его напарник с отчетами о своих мыслях и абсолютно излишних догадках, вперемешку с предложением задержаться ненадолго и поддержать коллегу по работе стаканчиком в честь совершенно незначительной даты. Это не было на него похоже. На Джозефа, я имею в виду. Предлагать пропустить по стаканчику в чей-то день рождения, будучи прекрасно осведомленным об отношениях Кастелланоса и спиртного? Забавно. Он откидывается на спинку отогретого кресла и мнет широкой ладонью мышцы на уставшем лице.
Не проходит и двух минут, дверь в кабинет раскрывается, казалось бы, сама собой. Естественно, это не так, но скрипнувший со злости зубами детектив предпочел бы, чтобы так оно и было, нежели принимать к лицу факты чьей-то невоспитанности и неумения предварительно постучать.
- Ну что, ты закончил? – как-то слишком по-детски радостно интересуется сунувшееся в образовавшийся проем лицо взрослого мужика, чьи глаза светятся ярче июльского палящего солнца. Неестественно удовлетворенный взгляд наводит на мысль, что отмечать начали уже без него, за что по вполне ясным причинам можно получить и по шее, но Себастьян не торопится играть в плохого копа, сунув свой ворчливый настрой поглубже себе в задницу.
- Сейчас подойду, - бросает он вслед не удосужившемуся дослушать его ответ коллеге, разворачиваясь на кресле и неохотно поднимаясь на ноги, затекшие под давлением неподвижного положения, в котором он находился последние несколько часов.
Прежде чем выйти вслед за умчавшимся мужчиной, детектив делает несколько нешироких шагов в сторону окна, поднимая жалюзи и выглядывая на улицу. Размытое изображение, искаженное скатывающимися по стеклу каплями воды, рассказывает разве что о безлюдной улочке с блеклым светом фонарей и промчавшемся на своем пути автомобиле. Ничего воодушевляющего или интересного, на чем хотелось бы задержать свой взор. Однако опустошенный вид этажом ниже вызывает в нем жгучее желание выкурить парочку сигарет, в томительном ожидании покоящихся в кармане висящего на вешалке возле двери пальто. Его-то Кастелланос и хватает, складывая вдвое и накидывая себе на руку.
Дверь в кабинет он закрывает на ключ. Не то чтобы он не доверяет своим парням, но внутри находятся важные документы и некоторые личные вещи, прикасаться к которым Себастьян не позволил бы никому даже под угрозой для собственной жизни. Возле третьего по счету ряда рабочих столов обнаруживается скопление людей, горячо обсуждающих волнующие их, кажется, темы. На деле то просто дружеский разговор: в руках у большинства из них прозрачные одноразовые стаканчики, а на лицах сияющие улыбки в сторону окруженного коллегами и друзьями виновника торжества.
- Стиву не наливать, он за рулем, - обделенный спиртным мужчина разочарованно стонет и громко ворчит, а подошедшая к нему девушка сочувственно укладывает ладонь на широкое плечо. – Себастьян! – окликает его именинник, и детектив отчего-то чувствует себя пристыжено, будто пойманный за чем-то нехорошим. Причин на это, впрочем, никаких нет, поэтому он быстро отмахивается от излишних надуманных эмоций и подходит ближе. Он и не заметил, как простоял с полторы минуты, будто пригвожденный к земле.
Кастелланос выискивает взглядом Оду и находит его моментально, почти возле себя, встречаясь с его взглядом и не совсем понимая встревоженности в глазах, когда в руки старшему детективу буквально насильно пихают точно такой же стакан, как и у остальных. К слову, Джозеф держится отстраненно и пить, кажется, не намерен, но мужчина упускает этот момент из виду, когда кто-то хлопает его по плечу тяжелой рукой.
Алкоголь – он и в Африке алкоголь, ну или Себастьян совсем позабыл запах настоящего коньяка, потонувши в реках разнообразного сорта виски. Плескающаяся в пластмассовом стаканчике жидкость ни запахом, ни вкусом не напоминает ему ничего, кроме почти позабытого за несколько суток головокружительного эффекта. Уже после первого глотка то, за что он пьет, причины, почему он пьет и вся остальная бессмысленная херня теряет какое бы то ни было значение, а когда ему подливают, детектив, кажется, ощущает касание чужих пальцев к краю своего локтя, но не обращает никакого внимания, потому что более чем уверен, кто это и к чему приведет их разговор.[icon]https://forumavatars.ru/img/avatars/0019/42/40/671-1528582820.png[/icon][nick]SEBASTIAN CASTELLANOS[/nick][status]хочу и прислоняюсь[/status]
