Темное пыльное подвальное помещение обволакивает странной – совсем ему не по вкусу – музыкой семидесятых годов. Такое среди них слушает лишь один человек – Ли Донхёк, которому все равно никто и ничего возразить не может. По крайней мере, в этом смысла никакого нет – проще просто сдаться, чем терпеть чужие обиды. Старый потолочный вентилятор на последнем издыхании скрипит, норовя вот–вот свалиться на голову Джисону, отрубающему чьи–то бошки в какой–то задротской мобильной игре. Душно, а еще скучно. Ренджун подпирает голову рукой, пролистывая страницы социальных сетей и не находя там для себя ничего интересного. До тех пор, пока в наушниках не звучит бодрящее уведомление о новом сообщении на почту. Открывает парень ее с таким же воодушевлением, с каким разочарованием отмечает новое письмо спамом.

Но глаз цепляется за еще одно письмо. Оно висит ниже, проигнорированное им среди прочих. Непрочитанное, пришедшее несколькими часами ранее. Мысленно пытаясь понять, как он вообще смог то упустить, Хуан его открывает.

– Эмм, ребят, – вдруг зовет он, безостановочно бегая взглядом по строчкам грамотно написанного текста одного мужчины, заверяющего, что он выкупил территорию, которую – по его словам – «необходимо зачистить». – У меня тут кое–что есть.

На небольшое кожаное кресло с потрескавшейся обивкой, пустующее рядом, плюхается здоровая туша – Ренджуну даже не нужно оборачиваться, чтобы понять, что это Джено. Особенно когда чужие ноги уже через секунду оказываются на столе возле него. Снова и снова перечитывая некоторые детали письма, он хватает пальцами носок одного из длинных ботинок и скидывает чужие ступни, убирая их подальше от своего лица. И отвлекается лишь когда поверх его шеи обваливается что–то тяжелое, предположительно, Марк Ли, спрашивающий в самое ухо «что там такое?».

– Кажется, у нас новый заказ, – отвечает, поворачиваясь к другу лицом.